Один раз народ уже не принял перевод Богослужения

Профессор литургики МДА А.И. Георгиевский как-то рассказывал нам о том, как народ не принял новую редакцию Триоди в 1912 году. После многолетнего труда, потраченного на перевод, архиепископ Сергий вышел читать Великий Канон в понедельник Первой седмицы Великого поста: «С чего начну оплакивать окаянного моего жития деяний…». А после службы народ не расходится, молча стоит. И когда будущий Патриарх стал выходить из храма, кто-то из прихожан спросил: «Ваше Высокопреосвященство, а когда будут Канон Андрея Критского читать?» Архиепископ Сергий крякнул, расстроился и на второй день, во вторник, читал уже по старому тексту – а он ведь сам пять лет переводил! Народ не захотел слушать, и это не из-за баловства, не из протеста какого-то.
Это гораздо более серьезная загадка, которой следовало бы заняться и понять: почему? С точки зрения филологической, лингвистической, ритмической, церковно-литературной, то есть гимнографической, духовно-аскетической, – почему это не было принято? Как литургист я занимался этим: сравнивал перевод Великого канона, который был сделан в 1912 году, с традиционным славянским текстом, с двумя другими славянскими переводами и с греческим оригиналом. Как ни парадоксально, оказалось, что традиционный славянский перевод намного ближе к греческому тексту, его ритму, его духовной и аскетической насыщенности, чем все новейшие переводы. Вот в чем суть!

На снимке: митрополит Сергий (Страгородский) за работой

Протоиерей Сергий Правдолюбов http://blagogon.ru

Православный крест